Бизнес-образование в России
Бизнес-образование в России

Контакты:

E-mail: mba@curator.ru

Financial Times Российская школа в рейтинге

Старт в России. Международная программа MBA в сфере предметов роскоши и индустрии моды

MBA дистанционно

Международный стандарт МВА. Российский и американский MBA через интернет. 2 года. Поддержка продвижения карьеры и бизнеса слушателей. Зарегистрировавшимся с сайта curator.ru скидка 10% на всю стоимость обучения.


Реклама на сайте

До и после MBA

Мнения. Выпускники российских бизнес - школ поведали «Ф.» о том, как выбирали учебное заведение, чего ожидали вначале и что получили в итоге. А также о недостатках отечественного образования и жизни после выпуска.

ПОИСК лучшего. Чтобы узнать, как выбирают школу, с какими проблемами сталкиваются во время обучения, что реально дают менеджеру российское бизнес-образование и местный диплом, «Ф.» опросил представителей различных специальностей и отраслей, обучавшихся на отечественных МВА-программах.

Чем руководствуются при выборе учебного заведения будущие дипломированные управленцы? *В прошлом году я окончил программу «МВА Финансы» в Высшей школе финансового менеджмента АНХ, - рассказывает руководитель дирекции бюджетирования управляющей компании «ТПС» группы «Уралсиб» Владимир Сотников. - Выбирая, опирался на рейтинги и личные отзывы выпускников. Лучшими на тот момент, по моим оценкам, были «Мирбис» и Академия народного хозяйства, но, поскольку только в АНХ была специализированная финансовая программа, пошел туда». Для директора центра общественных связей Банка Москвы Александра Чистякова, обучающегося в Высшей школе международного бизнеса (ВШМБ) АНХ, из нескольких существенных при выборе учебного заведения критериев в итоге перевесил один - специфический: «Для меня важными были авторитет школы, общественное признание, преподавательский состав, а также возможность приступить к занятиям в удобное для меня время. Помимо ВШМБ рассматривал бизнес-школы при ВШЭ и МГУ. В итоге выбрал ВШМБ, потому что набор туда осуществляется дважды в год - весной и осенью, тогда как два других «претендента» набирали студентов только осенью». Несколько факторов заставило начальника отдела маркетинга и анализа Инвестсбербанка Лану Павликову выбрать «Мирбис»: «Наличие государственной аккредитации, то, что школа одна из старейших в России и одна из лидеров по количеству выпускников МВА, а также рекомендации друзей и знакомых, высокие позиции в рейтингах, преподавательский состав и то, что маркетинговая специализация является одной из сильных сторон этого учебного заведения».

На выбор школы часто влияют репутация материнского вуза, традиционно высокий «местный» уровень преподавания и серьезная научная база. Также «абитуриенты» оценивают соотношение цены и качества, наполненность программы, то есть соответствие перечня читаемых дисциплин собственным потребностям. Назывались и экзотические причины - близость бизнес-школы к дому, отличные книги, издаваемые ею, или то, что на программу был конкурс. Бизнес-директор портала Trainings.ru Юлия Ужакина, выпускница Института бизнеса и делового администрирования АНХ, объясняет: «Несмотря на то что мне предстояло совершить ряд усилий - написать эссе на заковыристую тему, пройти собеседование по его результатам, мне импонировала труднодоступность этой школы».

Люди, которые не исключают для себя возможность со временем уехать жить и работать за границу или же, сотрудничая с западными партнерами, хотят говорить с ними на одном бизнес-языке, выбирают совместную программу, осуществляемую российской и зарубежной школами. «Принимая решение пойти учиться на МВА, я сформулировала для себя совершенно конкретные практические цели: во-первых, получить в области финансов дополнительные знания в том виде, в каком они преподаются на Западе, чтобы на равных общаться с иностранными партнерами. Во-вторых, усовершенствовать профессиональный английский язык», - говорит финансовый директор «Крока» Наталья Грибанова, окончившая Институт бизнеса и экономики АНХ, реализующий программу государственного калифорнийского университета «Хейвард». Технический директор компании «Медицинские технологии», выпускник той же школы Александр Саркисян поведал о своих мотивах: «Выбрал это учебное заведение потому, что там учился мой приятель, он собирался по окончании обучения уехать с семьей в Калифорнию и много хорошего рассказывал о совместной программе в сравнении с российскими.

Основными плюсами мне тогда казались официальная аккредитация программы в США, американский стиль преподавания, неизбежное овладение английским языком, открытые горизонты и распростертые объятия работодателей в любой стране мира».

Слабости большие и малые. Об общих недостатках российского бизнес-образования много и охотно говорят сторонние эксперты, представители самих школ любят распространяться о видимом прогрессе рынка в целом и лишь изредка могут «проговориться» о слабых местах какого-то конкретного учебного заведения, конечно, не своего, - объективность в таких случаях никто не гарантирует. Поэтому узнать о проблемах, существующих в заинтересовавшей вас бизнес-школе, можно разве что у слушателей и выпускников.

Гендиректор «Алинвест-центра» Наталья Маликова отметила существенный недостаток «родного» Института делового администрирования и бизнеса Финансовой академии - разнородность группы, а именно - слишком разные интересы, несходную мотивацию слушателей, работу на разных уровнях управления. Окончивший ту же бизнес-школу Сергей Калинин, финансовый директор ТД «Снежная королева», в слабые места учебного заведения зачислил раннее начало занятий и как следствие этого - невозможность приходить на них вовремя. И добавил: «Чего не хватало программе?

НА ВЫБОР БИЗНЕС-ШКОЛЫ ВЛИЯЮТ ЕЕ РЕПУТАЦИЯ, РЕКОМЕНДАЦИИ ЗНАКОМЫХ И РЕЙТИНГИ

В идеале хотелось бы, чтобы преподаватели обладали 30-40-летним опытом работы в бизнесе, но таких мастодонтов в России, к сожалению, нет. А западные специалисты не знают специфики нашего рынка».  Их однокашник Ладислав Минчич дополняет список: «Неготовность некоторых преподавателей к дискуссии со слушателями, способными к квалифицированному оппонированию. И, несмотря на анонсированную возможность индивидуального выбора дисциплин по специализации, в действительности слушатели не могли более детально дифференцировать учебную программу по собственному желанию». С тем, что педагоги нередко являются проблемой отечественной МВА-программы, согласна и брэнд-менеджер группы компаний «Дивизион» и выпускница «Мирбиса» Карина Аракелян: «В принципе преподаватели неплохие, среди них много практиков, но не хватает требовательности с их стороны, а программе не хватает часов. Это, наверное, основное отличие от западных школ, которые выстраивают курс так, чтобы слушатель все свое время посвящал учебе, а в период сессии вообще спал не более четырех часов. Такой жесткости у нас не было, что, с одной стороны, хорошо, так как, когда работаешь, времени не хватает катастрофически, но, с другой стороны, плохо, потому что это отражается на качестве и количестве полученных знаний». С ней согласна окончившая ту же школу Ирина Черевач, брэнд-менеджер «Бутс Хелскеа»: «Организация занятий, структура программы нуждаются в доработке. Преподаватели дают послабления». Большей требовательности со стороны преподавательского состава ожидала и Юлия Ужакина: «Я рассчитывала на полноценные домашние задания - на решение кейсов по группам и индивидуально, на самостоятельное написание работ, рефератов. Этого не было... Но как только нынешнее поколение бизнесменов перейдет в более «спокойную» стадию - выйдет на пенсию, когда сможет без ущерба бизнесу делиться своим опытом и знаниями с другими, портрет преподавателя МВА изменится».

Еще одна слабость российских школ, по мнению выпускников, - зацикленность на теории, академизм. «Некоторые дисциплины были излишне «теоретичны». Хотелось бы больше практической информации, нацеленной на решение реальных проблем», - говорит директор департамента развития бизнеса «Квазар-микро» Алексей Кутянин, обучавшийся в школе «Мирбис». Сходную точку зрения высказывает и Александр Чистяков: «К слабым местам я бы отнес местную специфику, точнее то, что немногие преподаватели готовы ее учитывать. Академические знания, возможно, работают на Западе, но в России практика все еще очень сильно отличается от теории, прописанной в толстых учебниках». Некоторые опрошенные отмечали «абстрактность» программ. «Я работаю в телекоммуникационном бизнесе, и мне не хватало более глубокого анализа особенностей этой сферы», - сетует исполнительный директор компании АСВТ и выпускница Высшей школы бизнеса и менеджмента при Международном университете в Москве Ирина Федулова. Двойственными ощущениями от учебы поделился директор пермского филиала OCS Петр Пелявин, получивший степень МВА в Региональном межотраслевом центре переподготовки кадров при Пермском государственном техническом университете: «Периодически я задавался вопросом: «Что я здесь делаю? Зачем они пичкают нас прописными истинами? Кому это вообще надо?» Другой крайностью было: «Ух, ты! Надо же! А я-то ломал себе голову, а тут уже все придумано». Но позднее я понял, что я тут делаю, что истины не совсем прописные и что мне это действительно надо. Часто во время лекций мне приходили в голову идеи по совершенствованию работы филиала, и я записывал их на обратной стороне лекционных тетрадей. Аугром в офисе на свежую голову разбирался, насколько они рациональны».

О трудностях обучения на совместной программе «Ф.» рассказал Александр Саркисян: «Слишком явным был американский стиль преподавания. Одновременно со стартом каждого курса начиналась жесточайшая гонка за оценку. Буквально на третьем-четвертом занятии по предмету уже был первый экзамен, далее следовал второй, одна или чаще две курсовые работы, кончалось все финальным экзаменом. Итоговая оценка складывалась из всех промежуточных. И никаких шпаргалок, переговоров и взаимопомощь на экзаменах - ничего того, на что рассчитывает российский студент. Во время экзаменов слушателей рассаживают подальше друг от друга, да еще по аудитории ходят два надзирателя, чуть ли не с собаками».

Развенчание МИфОВ. Самое интересное - узнать, что происходит с людьми после получения заветной бизнес-степени. Известно, что в первый год после окончания топовой западной школы прирост зарплаты менеджера, как правило, составляет 100-170%. Многие отправляются на российскую МВА-программу в надежде на тот же резкий карьерный и компенсационный рывок. Их скорее всего постигнет разочарование - самым популярным ответом на заданный «Ф.» вопрос об изменениях, происшедших после окончания бизнес-школы, был такой: «Ничего принципиально в моей жизни и карьере не поменялось». «Время, когда МВА сама по себе гарантировала хорошую работу, проходит. Отечественный работодатель уже понимает, что практика ведения бизнеса в России и теории западных гуру, на которые опираются и местные программы, далеко не всегда удачно сочетаются», - уверяет директор департамента оптовых продаж компании «Комус» Александр Серебряков, получивший диплом «мастера делового администрирования» на факультете академических программ обучения АНХ.

Еще одни распространенный миф, что личные связи, приобретенные в школе, играют важную роль в бизнесе. «Некоторые ошибочно полагают, что общее прошлое в школе МВА - решающий фактор при заключении сделки между управленцами. Вовсе нет. Когда речь заходит о бизнесе, выпускники перестают быть бывшими однокурсниками и рассматривают любую сделку исключительно в разрезе ее способности или неспособности принести их компании выгоду. И если сделка бесперспективна, никакая общая парта или вместе решенный кейс не спасет от хладнокровного отказа», - убеждена директор по развитию бизнеса международного контакт-центра Ivox Наталья Иванова, выпускница ВШМБ АНХ.


РАЗРЫВ МЕЖДУ ОБРАЗОВАНИЕМ И РЕАЛЬНЫМ БИЗНЕСОМ - СЛАБОЕ МЕСТО НАШИХ ШКОЛ

Новые рубежи. Историю кардинального изменения карьеры после окончания бизнес-школы «Ф.» рассказал начальник управления маркетинговых коммуникаций и исследований компании «Связной» Алексей Чеботок, окончивший «Мирбис»: «Благодаря МВА я утвердился в мысли, что мое призвание -маркетинг, а не журналистика (первое образование). Но после окончания программы продолжил сотрудничество на радиостанции «Максимум» и, несмотря на кризис 1998 года, получил там более привлекательное предложение по зарплате. Если честно, у меня не было никакого желания менять эту работу, настолько она была интересной. Все резко изменилось, когда Максим Ноготков (ныне президент и владелец «Связного»), с которым мы вместе учились в бизнес-школе, рассказал мне о планах запуска крупной розничной сети на рынке сотовой связи. Так как он особенно не надеялся переманить меня, то попросил помочь найти человека, который бы руководил работой по созданию нового брэнда». Далее по сценарию - журналист после этого разговора «заболел» проектом, часами думал над тем, какой должна быть эффективная розница и как ее следует продвигать, а через два дня перезвонил бывшему однокурснику и сказал, что готов попробовать сам.

Расстаться со своим работодателем планирует и Владимир Сотников: «Уйти со старой работы сразу по окончании обучения мне не позволили взятые на себя обязательства. Однако буквально на днях я надеюсь сменить место занятости. И немалую роль в этом деле сыграла бизнес-степень».

Реальная отдача. Опытным менеджерам бизнес-школа «структурирует мозги» - позволяет систематизировать опыт. «Не могу сказать, что получил кардинально много новых знаний, но совершенно точно систематизировал имеющиеся. Я учился не только у преподавателей, но и у коллег-студентов, многие из которых являются топ-менеджерами. В моей жизни пока ничего не изменилось, за исключением того, что мое понимание бизнеса приобрело иные очертания», - говорит Александр Чистяков из Банка Москвы.

Многие выпускники воспринимают приобретенные во время обучения связи как свой стратегический актив. «Основное достоинство бизнес-школы - круг общения и те связи, которые она дает, -уверен гендиректор завода «Кварц» Сергей Семенченко, окончивший Академию народного хозяйства в 2001 году. - Я до сих пор поддерживаю контакт со своими однокурсниками - руководителями крупных компаний. Что же касается образования, то сегодня к нам на производство приходят выпускники экономических вузов и их знаний достаточно для эффективной работы. Мне же как «технарю» по первому образованию все экономические дисциплины казались актуальными и интересными. Хотя многие вещи, о которых рассказывали на занятиях, вызывали у меня чувство иронии, ведь я на все смотрел через призму собственного опыта». Ольга Базанова, директор по маркетингу банка «Дельтакредит», выпускница Санкт-Петербургского международного института менеджмента (ИМИСП), соглашается: «Я благодарна бизнес-школе за интересные и полезные знакомства с ведущими менеджерами зарубежных и российских компаний. Мы обменивались опытом, искали решения рабочих задач, быстро став не просто сокурсниками, но и близкими друзьями. Мы продолжаем общаться до сих пор».

Алексей Кутянин сосредоточивается на психологических моментах: «Что дало обучение? В личностном плане прежде всего уверенность в своих силах и понимание своей позиции, чего мне не хватало как менеджеру. Конечно, я получил и специальные знания, и стратегическое видение бизнеса и собственной карьеры, появилось чувство команды. Мне кажется, я стал старше, мудрее, опытнее». «Обучение дало мне возможность переключиться с жизни моей компании на другую жизнь, так как фактически каждый день в течение двух лет надо было по вечерам ездить в бизнес-школу, заниматься дома, сдавать экзамены. Неплохая встряска», - добавляет Наталья Грибанова. Екатерина Логвина, руководитель отдела маркетинга компании «Синергия», продолжающая грызть гранит бизнес-науки в Стокгольмской школе экономики в России, делится свежими впечатлениями: <Я в полном восторге. Модули чрезвычайно насыщены, курсы читают гендиректора крупных предприятий, мастер-классы проводят гостевые спикеры, которые в открытой и демократичной манере делятся историей и секретами собственных успехов. Необыкновенно приятно и полезно вращаться в среде первоклассных маркетологов».

ОТДАЧА ОТ УЧЕБЫ - СИСТЕМАТИЗАЦИЯ ЗНАНИЙ И ПОЛЕЗНЫЕ СВЯЗИ, ИНОГДА ПРИРОСТ ЗАРПЛАТЫ

На сакраментальный вопрос, стоит ли тратить столько времени и средств на получение степени МВА в России, гендиректор УК Промышленно-строительного банка Алексей Попович, слушатель программы Executive MBA на факультете менеджмента СПбГУ, ответил однозначно: «Безусловно, стоит. Это расширение твоего личного кругозора. Несмотря на то что приобретаемые в бизнес-школе знания трудно применимы к компаниям сферы услуг, я нахожу способы взять на вооружение какие-то элементы программы. Например, я внедрил новую маркетинговую модель, позволяющую компании стать более управляемой, прогнозируемой и, как следствие, в будущем расширить собственную долю на рынке коллективных инвестиций». Мнение об обучении в бизнес-школе как эффективном способе расходования средств разделяет и Ладислав Минчич: «Расходы окупились в результате упорядочения знаний, профессионального обмена опытом в неоднородной среде слушателей, налаживания перспективных деловых контактов. Также учеба была непосредственным активным - и интеллектуальным, и эмоциональным - отдыхом после будничной работы. Для меня как иностранца, работающего в России, особенно важным было обучение именно в российской среде. Пока нет принципиальных изменений в моей карьере, хотя, кажется, что-то намечается».

 

Маргарита Удовиченко

Журнал Финанс